Category: цветы

Category was added automatically. Read all entries about "цветы".

Морячок

Мой гербарий

Надо бы ехать мне от меня, от противного,
А не от какой-нибудь розы-мимозы,
Нет ничего более дебильного,
Чем искусственные метаморфозы.

Вдохну в себя воздуха...

И буду писать. Плохо. И ехидно.

Как хороши и свежи были, бля, гвоздики,
Покуда все мы не были ещё привиты.
Нихуёвые так же были гладиолусы,
Но все мы помрём без вакцинирования вскорости.
Ромашки - романтикам букетиком на щит,
Но был бы уместнее - презерватив.
Не стоит, друзья, маргариток бояться,
От них и мигрень, но и редкое счастье.
Нарциссы и георгины...
Что-то в их сочетании педерастическое.
С одной стороны нежное и уступчивое,
А с другой стороны какое-то победительское.
Астры- вообще цветы цирковые,
Как их не топчут, а вечно живые.
Фиалки - тоже абсолютный отстой,
У всех на слуху, а не нюхал никто.
Пионы... ну что тут сказать про пионов...
Они охуенны, они чемпионы.
Нету и слов, чтобы их обосрать,
Но им и не надо.
Они сукаблядь.
И бархатцы есть, и есть незабудки,
И это, поверьте, вовсе не шутки,
Хрен разберёшься во всей этой флоре,
Коль не скотина ты сам априори.
Морячок

Мои Цветы

Нет ничего прекраснее цветов сирени,
Но нет страшнее их, когда уж отцвели.
Их ржавые бесславные скудели
Обременяют куст и клонят до земли.
Но резать их рука не поднимается безвольно,
Ведь помнишь запах пересаженных невольниц,
Которые в твоих посадках не росли,
Сопротивляясь каждому насилью над природой.
И нет предела этому насилию из года в год,
От осени к весне и от земли к другой земле.
Мне говорят, что надобна подкормка,
Что света мало этому кусту,
А кажется, что дело всё в подкорке
Растения, которому я откровенно чужд.
Ужасно жаль, что нелюбовь проникла
Во все процессы моего житья,
Что пышная сирень до завязи поникла
И заржавела та, которой осчастливлен я.
Наверное, я просто неспособен
Растить свой сад и радоваться вам,
Мои любимые, которых недостоин...
Я доверяюсь лишь своим словам.
Морячок

Шапка Кочегара

Хочу хвалу воздать убогому жилищу,
Прибежищу усталых кочегаров,
Подобно кораблю, царапавшему ржавым днищем
Земную твердь.
Украшенному сломанной сиренью
На территории особенного риска,
Где наши бденья ...
И наш порт приписки
К тому, что мы оплошно называем жизнью.
И Дедушка нам сделает свисток.
Иль шапку даст
Из дымной чёрной шерсти.
И всё опять вернётся на восток
С его китаем,
Хрустом от канистр
И вежливым разгадываньем строк
Того, что между строк написано.
И первенства глоток
Меж всяких прочих трюмных.
Воистину.
И вечная обедня
Во славу тех,
Кто честь свою сберёг.

И за победу!
Морячок

Голубой Тюльпан.

Товарищ подарил мне эхинодорус-синусоид.
Это такое растение аквариумное.
Он говорит, что такое чудо есть только у трёх человек в Питере.
Включая меня и его.
Теперь этот уникум торчит посреди моего пустынного аквариума, как Голубой Тюльпан.
Хотя он вовсе даже и не голубой, а фиолетовый.
А сома, который вырывал с корнем все мои предыдущие насаждения, я отселил в пятилитровую банку.
Сидит там, сволочуга, ждёт конца.
Зажился уже.
Семь лет живёт.
Поделом вору и мука...
А всё равно жалко.