Category: рыбалка

Category was added automatically. Read all entries about "рыбалка".

Морячок

Охота и Рыбалка

Множество раз порывался написать про это.
Про одно из самых непонятных и ненавидимых мною увлечений человечества.
Про охоту, мать её ети.
Давным давно этот промысел перестал быть важным для выживания человеков.
Но остаётся тяга к убийству теплокровных.
И её сублимация.
Меня тошнит, когда эти охотнички целуют какую-нибудь убитую ими косулю в окровавленную морду
И говорят... ну что за красота... да охренеть...

С другой стороны - рыбалка.
Та же сраная охота, только на рыбу.
Но почему-то я её одобряю, хоть и не рыболов.
Я люблю рыб есть, смотреть, изображать...
И вообще коллекционирую всяких живых и неживых рыб
Но всё равно "унутренне" протестую, когда отловленную рыбу отпускают эти долбанные "спортсмены".
Да поймай, сколько тебе надо, и смотай удочки.
Накорми соседей и кошку.
Засоли на зиму и под пиво.
Но не рви нутро и губы лишней для тебя рыбе.
А потом ласково так... плыви бля... красавец...
Тебя бы так, сука, за губу
Потянуть и отпустить.
Да ты бы ссался в воду до смерти, если бы к ней вообще подходил.
Но это вряд ли.
Вот такая, блин, охота.
Вот такая вот рыбалка.
Морячок

Хочу - пишу

А у тебя и сети есть...
И лодка.
Ещё бы удочка уловлива была.
А у меня вот нету лодки нихрена!
И в жизни мне ваще ничто не светит.
Хотя я вру конечно, как всегда,
Альдебаран - коварная звезда,
Ведёт меня везде и путь мой метит.
Меня смешит, что рыцарский твой шлем
Венчает белая дурашливая роза
Как будто алой розе супротив
Она противоставить что-то сможет.
Подобен уткам в Сходне в декабре
Уныл, хорош, сезонно предсказуем,
Как хорошо тебе бы быть в себе,
Но любим мы тебя...
А я ваще безумно.
Хоть потому, что нет ума тут никакого,
Ни твоего, ни моего тем боле,
Но есть лишь лирика любимого строка,
Болельщика, пьянчуги, дурака.
Морячок

Осень

Я хотел бы быть инклюзив
В наши и ненаши жизни
Распивать по заграницам
Всякую чужую водку
Без картошки и селёдки
Без зелёного лучка
Без дождей, без снегопада
Проживать сто тысяч жизней
Без бурьяна в огороде
И вообще без волчьей сныти
Что набрасывается сволочь
На любой живой пятак
Нашей почвы скудозёмной
А потом там колоссится
Говнорыбасукападла
Говорят она съедобна
Я бы пробовать не стал
Я хотел бы удавиться
Но обязан мыть посуду
Я хотел бы удалиться
Но куда я блин отсюда
От дубов от древних сосен
От рыбалки нашей скудной
Как бы ни греметь орудьям
Завтра снова будет осень
Морячок

Тема

Меня ведёт мой смутный рок
К неведомым определеньям.
Всё воздаётся для сравненья
И для читанья между строк.
Я не смутьян,
Ни боже ж мой,
Быть не хотел игривым попкой
Или жирнеющей селёдкой
Под общим званьем иваси.
Но ты... помилуй... и спроси,
Чем много лет душа болела,
Чем извелось большое тело.
Извечным на твоей руси...
И гранпардон и гранмерси.
Но боль уже выходит из пределов
Больничных снов
Больных голов.
Зло целомудренно и отвердело,
И не страшится ладана,
И не бежит оков.
Я не хочу плясать под дудочку,
Которую настроил крысолов,
Но ты подай мне удочку
Для постижения трудов.
Как ни крути, мы - особи,
Хоть для тебя мы - караси.
Нисколько не орлы, не соколы,
Но ты ещё подумай... и спаси.
Морячок

Утро На Крестовском

Утки плавают по гребному каналу Крестовского острова,
Люди плавают тоже, отчасти подражая бессмысленным уткам,
Сижу на лавочке, прислушиваясь к биению своего сердца,
Курю и поплёвываю во взъерошенную ветром рябь канала.
А бывает ли инфаркт миокарда у беспечных уток?
И есть ли этот самый миокард в маленьком утином сердце?
Напротив меня - новый театр с названием старым,
Вокруг него непогашенные фонари, несмотря на наступившее утро,
Тоже растрачивают нерасчётливо подаренную им энергию.
И лишь сумасшедший рыболов подстерегает безумную рыбу,
Которой в канале нет уже лет двести.
Но встретятся они в этом мире всенепременно.
В этом-то и смысл непрекращающейся ни на час рыбалки.

Трещат катушки и сверкают блёсны,
Покачивает ветром поплавки,
И лишь угрюмо отползают червяки,
Невнятно матерясь, подальше от реки.
Простим им гнев, испуг и слёзы -
Участье их в рыбалке незавидно.

Самоуверенное солнце лезет в высоту,
Цветастой группою по узкому мосту
Проскакивают велосипедисты.
Вокруг лежит ковёр из пёстрых ломких листьев,
Лишь тополя и неопознанные мной деревья
Удерживают хилую листву.
Но и её уронят на траву
Уже поблёкшую.

Прекрасен мир надводный и подводный!
Всё гонит прочь постылую тоску.
Но всё ж придётся, уподобясь червяку,
Всё дальше уползать от волн и света,
Покуда не упрёшься лбом в доску
Последнего безлюдного корвета.
И дерзко сплюнуть в набежавшую волну.